Cлова на букву "P"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Показаны лучшие 100 слов (из 1349).
Чтобы посмотреть все варианты, нажмите

 Кол-во Слово
664PADRE
360PALABRA
335PALABRAS
176PALE
230PAN
254PAPER
157PAR
1804PARA
232PARECE
229PARECIA
225PARIS
367PART
464PARTE
175PARTICULARLY
160PAS
172PASADO
319PASO
278PASS
183PAST
569PAVLOVITCH
612PAVLOVNA
219PAY
259PEASANT
745PEOPLE
1423PER
287PERCHE
152PERDIDO
140PERFECTLY
662PERHAPS
2960PERO
252PERSON
321PERSONA
240PESAR
327PETERSBURG
152PETERSBURGO
806PETROVITCH
607PETROVNA
256PHILIPOVNA
256PIE
289PIOTR
363PLACE
160PLAN
154PLAY
192PLEASE
139PLEASED
140POBRE
227POCKET
497POCO
147PODER
364PODIA
248PODIDO
154PODRIA
226POI
321POINT
139POLE
211POLICE
461POLINA
360POOR
3896POR
207PORFIRIO
215PORFIRY
568PORQUE
256POSIBLE
242POSITION
162POSITIVELY
217POSSIBLE
169PRAY
143PRECISAMENTE
186PREGUNTA
140PREGUNTAS
332PREGUNTO
247PRESENT
151PRESS
191PRIMA
147PRIMER
215PRIMERA
149PRIMERO
2213PRINCE
537PRINCIPE
193PRISONER
198PROBABLY
179PROKOFIEVNA
504PRONTO
151PROPOSITO
251PROPRIO
195PROSECUTOR
142PROUD
166PUBLIC
145PUDO
443PUEDE
261PUEDO
437PUERTA
644PUES
221PUESTO
188PULL
315PUNTO
149PURPOSE
145PUSO
518PUT
865PYOTR

Несколько случайно найденных страниц

по слову PROTESTATION

1. Кушникова М., Тогулев В.: Кузнецкий венец Федора Достоевского. Глава вторая. Письма. Страница 1
Входимость: 1. Размер: 59кб.
Часть текста: всех внутренних сил: словно буря – чайку, могучая судьба поднимает его все выше и выше… Стефан Цвейг «Будь я слезлив, я бы плакал…» Особо подчеркивая мучительность романа Достоевский-Исаева-Вергунов, мы, возможно, ошибаемся. Потому что вся жизнь писателя до момента, когда он стал благопристойным мужем своей молодой второй супруги, состояла из аналогичных «треугольников»: отношения Достоевский-Суслова-Исаева, Достоевский-Шуберт-Исаева, или Достоевский-Исаева-Корвин-Круковская были не менее мучительны. А до Вергунова был еще треугольник Исаева-Исаев-Достоевский. И пусть все они - «второстепенны» и менее «скандалезны», чем с Вергуновым, но всё равно – они были. Связь Исаева-Исаев-Достоевский (возникшая еще в Семипалатинске) – для нас особо примечательна, ибо показывает, что и «вергуновский» пассаж возник не на пустом месте, а был лишь отражением подсознательного желания Ф. М. стать участником некоей групповой связи. Уже первое сохранившееся письмо Достоевского к Исаевой (а в равной мере и к А. И. Исаеву) доказывает это со всей очевидностью. Читаем: «Надеюсь, что Вы и Александр Иванович позволите мне называть вас обоих именем друзей. Ведь друзьями же мы были здесь, надеюсь, ими и останемся. Неужели разлука нас переменит? Нет, судя по тому, как мне тяжело без вас, моих милых друзей, я сужу и по силе моей привязанности… Я пять лет жил без людей, один, не имея в полном смысле никого, перед кем бы мог излить своё сердце. Вы же приняли меня как родного. Я припоминаю, что я у Вас был как у себя дома. Александр Иванович за родным братом не ходил бы так, как за мною. Сколько неприятностей доставил я Вам моим тяжелым характером, а вы оба любили меня. Ведь я это понимаю и чувствую, ведь не без сердца ж я... Одним словом, я не мог не привязаться к Вашему дому всею душою, как к родному...
2. Dostoevsky. The Gambler (English. Игрок). Chapter XIII
Входимость: 1. Размер: 28кб.
Часть текста: occurrences have befallen me which border upon the marvellous. At all events, that is how I view them. I view them so in one regard at least. I refer to the whirlpool of events in which, at the time, I was revolving. But the most curious feature of all is my relation to those events, for hitherto I had never clearly understood myself. Yet now the actual crisis has passed away like a dream. Even my passion for Polina is dead. Was it ever so strong and genuine as I thought? If so, what has become of it now? At times I fancy that I must be mad; that somewhere I am sitting in a madhouse; that these events have merely SEEMED to happen; that still they merely SEEM to be happening. I have been arranging and re-perusing my notes (perhaps for the purpose of convincing myself that I am not in a madhouse). At present I am lonely and alone. Autumn is coming--already it is mellowing the leaves; and, as I sit brooding in this melancholy little town (and how melancholy the little towns of Germany can be!), I find myself taking no thought for the future, but living under the influence of passing moods, and of my recollections of the tempest which recently drew me into its vortex, and then cast me out again. At times I seem still seem to be caught within that vortex. At times, the tempest seems once more to be gathering, and, as it passes...
3. Dostoevsky. Poor Folk (English. Бедные люди). Page 2
Входимость: 1. Размер: 68кб.
Часть текста: for your ceaseless efforts on my behalf--in short, for your love for me-- that I have decided to beguile a leisure hour for you by delving into my locker, and extracting thence the manuscript which I send you herewith. I began it during the happier period of my life, and have continued it at intervals since. So often have you asked me about my former existence--about my mother, about Pokrovski, about my sojourn with Anna Thedorovna, about my more recent misfortunes; so often have you expressed an earnest desire to read the manuscript in which (God knows why) I have recorded certain incidents of my life, that I feel no doubt but that the sending of it will give you sincere pleasure. Yet somehow I feel depressed when I read it, for I seem now to have grown twice as old as I was when I penned its concluding lines. Ah, Makar Alexievitch, how weary I am--how this insomnia tortures me! Convalescence is indeed a hard thing to bear! B. D. ONE UP to the age of fourteen, when my father died, my childhood was the happiest period of my life. It began very far away from here- in the depths of the province of Tula, where my father filled the position of steward on the vast estates of the Prince P--. Our house was situated in one of the Prince's villages, and we lived a quiet, obscure, but happy, life. A gay little child was I--my one idea being ceaselessly to run about the fields and the woods and the garden. No one ever gave me a thought, for my father was always occupied with business affairs, and my mother with her housekeeping. Nor did any one ever...
4. Достоевский Ф. М. - Врангелю А. Е., 23 марта 1856
Входимость: 1. Размер: 28кб.
Часть текста: за меня целый год, - откровенно, не утаивая ничего, не прикрашивая истину и отнюдь не обнадеживая меня шаткими надеждами. Таких-то известий жду от вас, как жизни. Не показывайте моего письма никому, ради бога. Уведомляю Вас, что дела мои в положении чрезвычайном. La dame 3 (la mienne) грустит, отчаивается, больна поминутно, теряет веру в надежды мои, в устройство судьбы нашей и, что всего хуже, окружена в своем городишке (она еще не переехала в Барнаул) людьми, которые смастерят что-нибудь очень недоброе: там есть женихи. Услужливые кумушки разрываются на части, чтоб склонить ее выйти замуж, дать слово кому-то, имени которого еще я не знаю. В ожидании шпионят над ней, разведывают, от кого она получает письма? Она же всё ждет до сих пор известия от родных, которые там у себя, на краю света, должны решить здешнюю судьбу ее, - то есть возвратиться ли в Россию или переезжать в Барнаул. Письма ее последние ко мне во всё последнее время становились всё грустнее и тоскливее. Она писала под болезненным впечатлением: я знал, что она была больна. Я предугадывал, что она что-то скрывает от меня. (Увы! я этого Вам никогда не говорил: но еще в бытность Вашу здесь par ma jalousie incomparable я доводил ее до отчаяния, и вот не потому-то она теперь скрывает от меня.) И что ж? Вдруг слышу здесь, что она дала слово другому, в Кузнецке, выйти замуж. Я был поражен как громом. В отчаянии я не знал, что делать, начал писать к ней, но ...
5. Dostoevsky. The Idiot (English. Идиот). Part IV. Chapter X
Входимость: 1. Размер: 33кб.
Часть текста: even the prince's best friends (if he had had any) would have felt the hopelessness of any attempt to save" the poor madman." Rumour said that in the visit of Evgenie Pavlovitch was to be discerned the influence of Lizabetha Prokofievna and her husband... But if those good souls, in the boundless kindness of their hearts, were desirous of saving the eccentric young fellow from ruin, they were unable to take any stronger measures to attain that end. Neither their position, nor their private inclination, perhaps (and only naturally), would allow them to use any more pronounced means. We have observed before that even some of the prince's nearest neighbours had begun to oppose him. Vera Lebedeff's passive disagreement was limited to the shedding of a few solitary tears; to more frequent sitting alone at home, and to a diminished frequency in her visits to the prince's apartments. Colia was occupied with his father at this time. The old man died during a second stroke, which took place just eight days after the first. The prince showed great sympathy in the grief of the family, and during the first days of their mourning he was at the house a great deal with Nina Alexandrovna. He went to the funeral, and it was observable that the public assembled in church greeted his arrival and departure with whisperings, and watched him closely. The same thing happened in the park and in the street, wherever he went. He was pointed out when he drove by, and he often overheard the name of Nastasia Philipovna coupled with his own as he passed. People looked out for her at the funeral, too, but she was not there; and another conspicuous absentee was the captain's widow, whom Lebedeff had prevented from coming. The funeral service produced a great effect on the prince. He whispered to Lebedeff that this was the first time he had ever...

© 2000- NIV